ВИКА. Так просто.
ТИХОН. Так просто и дурак не засмеется. А ты умная, красивая.
ВИКА. Спасибо.
ТИХОН. За что?
ВИКА. За комплимент.
ТИХОН. "Комплимент"... Слово-то какое. Ком-пли-мент… Вот когда человек доброе дело тебе сделает, тогда и говори спасибо, а за пустые слова не шишь свои "спасибо" тратить.
ВИКА. Да мне не жалко... Что-то вы сегодня не в духе. Смотрите, какое небо синее, какое солнце лучистое! Как все красиво!.. Дядя Тихон.
ТИХОН. (поправляя пучки на веревке) Ну.
ВИКА. Вам письмо из города, от сына.
ТИХОН. (равнодушно) Ну.
ВИКА. К себе, наверное, зовет?
ТИХОН. Зовет. Где письмо-то?
ВИКА. (подает письмо) А что не едете? Уезжайте, если зовет. В городе лучше. Может, и невесту себе найдете. Там на таких крепких старичков спрос.
ТИХОН. Ишь ты... знаток городской жизни. Это тебя капиталист научил?
ВИКА. Павел - не капиталист, он - фермер! Не хуже нашего, между прочим, пашет.
ТИХОН. Ну да, ну да... А что ты его защищаешь? Уж не к свадьбе ли дело?
ВИКА. Вот еще... Была нужда.
ТИХОН. А что? Хороший мужик. Приходил тут как-то ко мне, хотел дом с огородом купить. Мол, дом сломаю, а землю к ферме приберу. Ну, я его взашей, конечно... а вообще-то он мужик хороший.
ВИКА. Я в город поеду, на актрису учиться. Руководитель нашего кружка, Семен Аполосович, очень советует. Говорит, у меня талант. Вот только роли пока никакой не дает.
ТИХОН. Ну, раз говорит... А вроде хотела травами заниматься, у меня учиться? Или передумала?
ВИКА. Нет, не передумала... но ведь в город хочется. А что-то Тумана не слышно. В будке прячется? Опять напроказил?
ТИХОН. Ушел Туман.
ВИКА. Куда?
ТИХОН. Понятно куда, в лес пошел... помирать.
ВИКА. Как помирать, он же такой веселый?..
ТИХОН. А что ему грустить? Как никак тварь божья.
ВИКА. Может, он вернется? Может, просто так ушел, погулять?
ТИХОН. Все мы просто так гуляем.
ВИКА. Ну, вот, а то помирать. Туман же не мог вам сказать, что...
ТИХОН. Он мне в глаза посмотрел. Тут и слов не нужно. Стал отвязывать, а он заплакал. Проводил его до ручья, попрощались, да и... Шел, даже не оглянулся.
ВИКА. Почему так, дядя Тихон?
ТИХОН. Видать, время пришло. Живность чувствует, когда душа отдохнуть хочет. Зачем за жизнь цепляться, когда срок вышел? Там-то все лучше.
ВИКА. Где, в лесу?
ТИХОН. На том свете.
ВИКА. А вы откуда знаете?
ТИХОН. Знаю. Помирал уже, да срок мой тогда, видать, не кончился.
ВИКА. Ох, поспорила бы я с вами, да письма еще разносить надо.
ТИХОН. А ты вечерком заходи, Тумана помянем. Только с собой принеси, а то у меня уже нет.
ВИКА. Я ж не пью.
ТИХОН. Это правильно. Тебе еще рано. Просто приходи.
ВИКА. Не знаю... Я к Паше обещалась... за книжкой. Там про актрису одну...
ТИХОН. Ну, знать, точно скоро свадьба.
ВИКА. Да ну вас, дядя Тихон! (уходит)
ТИХОН. Актриса. (Распечатывает конверт, пробегает письмо глазами). Опять зовет. Что ж ответить-то? Раньше отговорка была. Тумана надо кормить... А, может, правда уехать?

ВЕРА. Опять письмо от сына получил?
ТИХОН. Получил. Иди, иди.
ВЕРА. Чего ты злой какой?
ТИХОН. Туман у меня помер.
ВЕРА. Как помер? Вчера же его видела.
ТИХОН. А сегодня утром помер.
ВЕРА. Как же ты теперь один-то, без Тумана?
ТИХОН. Верка, тебе языком потрепать не с кем? Из-за этого и про пульс придумала?
ВЕРА. Вот еще... Делать мне больше нечего.
ТИХОН. Тогда ступай, не отвлекай. К Надежде сходи, с ней потрещи. Иди, иди... (Вера уходит) Как нянька с этими бабами, честное слово... А что сделаешь, жалко ведь. Тяжко им теперь без мужиков. Да и мне-то одному не сладко (Читает письмо).
 
Появляется Вера, вся в слезах.
 
ВЕРА. Тихон, Тихон, беда у меня.
ТИХОН. Теперь чего?
ВЕРА. Я ведь вспомнила, зачем приходила. Давеча ездила в поликлинику и там мне сказали, что у меня в мозгу тромб может появиться.
ТИХОН. Может. А чего сейчас ревешь?
ВЕРА. Так он уже.
ТИХОН. Что ерунду мелешь?
ВЕРА. А вот здесь что, шишечку видишь?
ТИХОН. Ну-ка, иди сюда. Присядь. И хватит реветь! Где?
ВЕРА. Вот тут.
ТИХОН. Нет тут никакой шишечки.
ВЕРА. Как это нет?! Как это нет?! Вот же она!
ТИХОН. Это что ли?
ВЕРА. Ну да, тромб. Видишь?
ТИХОН. Нет, Вера, это не тромб.
ВЕРА. А что же это?
ТИХОН. Это у тебя шуруп открутился.
ВЕРА. Сам ты... Не приду к тебе больше!

ТИХОН. Это ты кому другому, я-то знаю, что ты у нас запасливая.
ВЕРА. Ну...
ТИХОН. Домовитая. Настоящая хозяйка.
ВЕРА. Да, домовитая.
ТИХОН. Ну, так неси!
ВЕРА. Я лучше яйцами отдам.
ТИХОН. На кой ляд мне твои яйца? Свои не знаю, куда девать. Чего улыбаешься? Я про несушек говорю. Тащи давай. Сегодня у меня настроение паршивое: Туман подох, да и сын снова наседает, мол, бросай все, приезжай. Если не выпью, то... то...
ВЕРА. (улыбаясь) То что?
ТИХОН. Что? Повешусь, вот что!
ВЕРА. (улыбаясь) Так уж и повесишься?
ТИХОН. Повешусь, повешусь, не сомневайся. Кто тогда тебя лечить будет?
ВЕРА. Поликлиника.
ТИХОН. Поликлиника?! Ну, так вот и ходи туда, а не ко мне!
ВЕРА. А я и так туда хожу.
ТИХОН. А ну давай траву обратно! И иди в свою поликлинику!
ВЕРА. Ладно, ладно, раскричался тут. Я ж пошутила. Пойду посмотрю, может, где и осталось. Но я точно помню, что нету!
ТИХОН. А ты поищи, поищи.
ВЕРА. Прям не знаю, как маленький, честное слово. (Уходит)
ТИХОН. Ишь ты, не повешусь... поликлиника... Яйцами отдам... Совсем распустились, курицы!.. А, может, шуткануть над ней? (Идет к сараю, вяжет петлю). Сейчас... Сейчас я полюбуюсь, что ты на это скажешь. (Встает на полено, прикрепляет веревку. Накидывает петлю за подмышки). Вроде натурально. (Приседает на бревне, притворившись повешенным). Что не идет-то? Может, правда нет? Или ищет? Ладно, еще немного постою. (Короткая пауза) Не, надоело... да и жмет чего-то (Пытается снять петлю, но бревно падает) Оть, дурак старый, чтоб тебя втрикатушку! Как теперь выберусь-то? Ой, всю грудь сдавило! (Прислушивается) Кажись, идет. Ладно, потерплю чуток ради такого дела.
 
Входит Надежда с утюгом в руках.
 
НАДЕЖДА. (не замечая Тихона) Тихон, у меня снова утюг не работает. Тихон, ты где? (Замечает, роняет утюг) Ой, Боже ж ты мой! Да что же это! Тихон! Да как же это! Тихон, миленький, да зачем же это! Да что я стою-то!
 
Бежит к дому, хочет открыть дверь.
 
ТИХОН. Зачем в дом без спроса?
НАДЕЖДА. Так за ножом, чтобы веревку сре... Ой! (С грохотом роняя все, что было на крыльце, падает в обморок).
ТИХОН. Надя! Надя, очнись, сними меня! Ох, сил больше нет, как давит. Ооооо (затихает).
 
Входит Вера с бутылкой водки в руках.
 
ВЕРА. Что за грохот такой?.. Ой, господи, Тихон! Да и Надежда! Ой, что творится-то! Люди! Эй, кто-нибудь! Помогите! (Бутылка крепко прижата к груди) Люди! Кто-нибудь! Помогите!
 
Прибегает Вика.
 
ВИКА. Горит что? Пожар?
ВЕРА. Два мертвеца вон.
ВИКА. Дядя Тихон! Тетя Надя! (к Вере) А вы что стоите? Снимать ведь надо! (Хватает топор) Я его срежу, а Вы - к ней, может, жива еще.
 
Вера из бутылки брызгает на лица Наде. Вика пытается срезать веревку.
 
ВИКА. Холодный уже. Умер.
ТИХОН. (обнимает Вику для удобства) Ох.
ВИКА . (отбегая) А-а-а!
 
От крика приходит в сознание Надежда. Но Вера, обалдев от увиденного, не замечает этого и продолжает брызгать на нее водкой.
 
НАДЕЖДА. Верка, хватит!
ВЕРА. Ой, ожила.
ТИХОН. Бабоньки, милые, снимите меня, Христа ради... А то совсем сейчас дух выпущу.
ВЕРА. Зачем залез-то?
ВИКА. Так вы притворялись?!
НАДЕЖДА. А я-то ведь правда поверила!
ТИХОН. Да снимите меня! Потом балакать будете! Мочи нет уже! Ой, снимайте!
 
Надя, Вера и Вика достают из петли Тихона и подводят его к лавочке. Все усаживаются, кроме Вики.
 
ТИХОН. Ух, едва не помер. Спасибо вам, милые, спасли.
ВИКА. А зачем вы это? Сын что-то плохое написал? Или из-за Тумана? И почему не за шею? За шею надежней.
ТИХОН. Знаю… Просто шуткануть решил.
НАДЕЖДА. Вот дурак, я чуть не померла!
ТИХОН. Я тоже.
ВЕРА. То злой, как черт, то шутит, как... У, бес, а если б разбила?!
ТИХОН. Верочка, дай глотнуть чуток.
ВЕРА. Ничего не получишь!
ВИКА. Слава богу, все обошлось. Пойду я. Вот смеху-то будет, когда Паше расскажу. (Уходит)
НАДЕЖДА. Я чего пришла-то, у меня утюг снова не работает. Почини, Тихон. Вон валяется.
 
Тихон поднимает утюг.
 
ВЕРА. (Тихону) Не смотри, не смотри, все равно не налью.

ТИХОН. Зачем?
НАДЕЖДА. Что за бриляция такая?
ВЕРА. Ну, вы будете слушать? Так вот, приносят чемоданчик - этот самый и есть, ну, которое я слово сказала - и к женщине той. Достали оттуда два таких маленьких утюжка и на нее положили. А она - раз! - взбрыкнула... и умерла.
 
У Тихона из рук выпадает во двор утюг. Пауза, все смотрят на утюг.
 
НАДЕЖДА. Да, хорошие "утюжки". Их бы к нам, когда Матвеевна из крайнего дома аж целых полгода мучилась, бедная. А тут раз и все.
ВЕРА. Да нет... Они, чтобы оживлять. Мне опосля там объяснили, для этого и записала.
НАДЕЖДА. А чего ж тогда та померла?
ТИХОН. Знать, время ей пришло. Надь, подай утюг.
 
Пауза.
 
НАДЕЖДА. А сам чего?
ТИХОН. Да мне из окна не достать.
НАДЕЖДА. А самому не выйти? В петлю так он лезть горазд, а как утюг поднимать, так Надя!
ТИХОН. Боишься, что ли?
НАДЕЖДА. Вот еще... Пойду я. Тихон, сделаешь, так занеси.
ВЕРА. И я пойду.
ТИХОН. Вер, ты пузырек-то оставь.
ВЕРА. И не налью, и не проси! Надь, пойдем ко мне, у меня огурчики есть.
 
Обойдя утюг, посматривая на Тихона, женщины удаляются.
 
ТИХОН. Ах, так?! Ах, вот вы как?! Ну, все! (Выходит во двор) Одному с такими соседушками?! Ну, нет! Все! В город! К сыну! (Говоря это, срывает с веревки веники и бросает их в дом через окно) Довели ведь, курицы! (Останавливается) А на кого ж я своих курей оставлю? (Пауза) А в город с собой заберу! (Снова кидает веники) А как же дом? (Присаживается на лавочку).
 
Появляется Вика, но входит как-то неуверенно.
 
ТИХОН. Чего стоишь, топчешься? Заходи.
ВИКА. Да я так...
ТИХОН. И так заходи. Да что ты там мнешься у забора, как чужая? Чего случилось?
ВИКА. А что, веники уже высохли?
ТИХОН. Рано им еще. Нашло что-то на меня. В дом их побросал. К сыну в город захотелось. Прям не знаю, как взбесился. А все из-за этих двух куриц, Надьки да Верки, чтоб их в трикатушку.
ВИКА.(приободрившись) В город? Ну, тогда я в самый раз. Я ведь не просто так, меня Паша просил поговорить с вами. А теперь вижу и говорить не надо.
ТИХОН. О чем это?
ВИКА. Да на счет дома. Он-то сам боится снова к вам идти.
ТИХОН. Я ведь еще не решил... У меня же этот дом, как памятник Глашеньке, да и могилка ее рядом...
ВИКА. Ну, вы решайте, а я пока деньги выложу. Паша так сказал.
 
Вика достает деньги, завернутые в тряпочку, разворачивает и кладет купюры на лавочку. Тихон, наморщив лоб, смотрит на деньги.
 
ВИКА. Ну, так как?
ТИХОН. (взволновано) О, Господи, прям и не знаю, как. (Заметно, как он колеблется).
ВИКА. Ой, вот тут еще есть. (Выкладывает остаток) Что мне Паше-то передать?

Пауза. Вдруг Тихон заплакал.
 
ВИКА. Дядя Тихон, чего вы?
ТИХОН. (сквозь слезы) Прости меня, Глашенька... Прости меня.
 
Собирает деньги и направляется к двери. Останавливается.
 
ТИХОН. Но я, может, еще вернусь. Если через неделю меня не будет, можете ломать дом.
 
Уходит в дом.
 
ВИКА. Вот и хорошо. Ой, Паша сейчас обрадуется. Как ему после этого меня не любить?
 
Убегает.

НАДЕЖДА. Да, Тихон о нас больше заботился, чем мы о нем.
ВЕРА. Ишь ты, опомнилась. Чем же ты прежде думала? Кто тебе мешал заботиться?
НАДЕЖДА. Это и тебя касается. Ты-то куда смотрела?
ВЕРА. Что уж сейчас... Поздно. Я топор заберу, а когда Павлик дом сломает, немного дощечек возьму, пригодятся.
НАДЕЖДА. А я тогда лавочку и стёкла... Пойдем, поможешь.

Вера, взяв топор, идет за Надеждой, которая скрывается за углом дома.
 
ВЕРА. Ты, Надежда, аккуратнее там.
ГОЛОС НАДЕЖДЫ. Не каркай. Взяла бы да помогла.

Звон разбитого стекла.

ВЕРА. Я так и знала. Ну, ничего-то без меня не может сделать.

Появляется Тихон с чемоданами в руках.

ТИХОН. Эй, что вы делаете?! Кто вам разрешил мой дом ломать?!

Бросает чемоданы, отбирает у Веры топор. Появляется из-за угла Надежда.
 
ТИХОН. Как у вас только рука поднялась! Мало я вам добра делал?! Что застыли? Давайте бейте, ломайте! Дождались удобного случая! Не успел уехать, а они уже... Спасибо, соседушки!
ВЕРА. Мы испереживались тут все.
НАДЕЖДА. Как ты, что ты... Тоскливо без тебя.
ТИХОН. Ишь ты, тоскливо им. А чтоб тоску прогнать, решили мои стёкла колотить?! Сколько стекол разбили, столько вставите!
 
Вера и Надежда кивают.

ВЕРА. Только ты, Тихон, топором не размахивай. Положи лучше. А то неровён час...
ТИХОН. Страшно? (Бросает топор) А теперь катитесь отсюда! Стойте! Так разволновался, что даже забыл спросить, как вы тут. Ведь больше недели не виделись. Небось рады были, что избавились от Тихона? Ну, как вы, девчонки, тут жили?
НАДЕЖДА. Вроде нормально, если бы не она...
ВЕРА. Опять я!
ТИХОН. Что натворила?
ВЕРА. Ничего. Деньги этой дурехе сэкономила, а она не довольна.
НАДЕЖДА. Я в поселок в парикмахерскую собралась, волосы красить. Так эта пристала: давай я тебя, после Тихона, мол, травка какая-то осталась. Я сдуру согласилась.
ВЕРА. Да я из тебя, можно сказать, модную француженку сляпала!
НАДЕЖДА. Даже кукол так не красят!
ВЕРА. Ничего ты не понимаешь! Вот, смотри, Тихон.

ТИХОН. Не так, чтобы уж очень, но... Не расстраивайся! Я что-нибудь придумаю. Не волнуйся. (Вере) Чтоб у тебя руки отсохли.
ВЕРА. Надо бы ее подстричь немного.
НАДЕЖДА. Дай тебе волю! И так уже испоганила волосы. Видишь, что наделала?
ВЕРА. А что? Что? Очень даже ничего.
НАДЕЖДА. Вот наглая!
ВЕРА. Теперь мода такая.
НАДЕЖДА. Мода?! Я сейчас тебе такую моду на голове сделаю!
ТИХОН. Молчать! Ишь раскудахтались! Еще слово и я вас обеих того! Лучше вещи в дом занесите, а я пока к капиталисту нашему схожу, деньги верну.
НАДЕЖДА. Значит, насовсем!
ТИХОН. Не решил еще. (Надя и Вера обнимают его) Хватит-хватит! Пока хожу, окно заделайте.
НАДЕЖДА. (по-армейски) Будет сделано!
ВЕРА. (также) Есть!

Берут чемоданы и уносят в дом. Тихон собирается уходить, но останавливается возле забора.

ТИХОН. Как я мог уехать отсюда?.. Эх, Тихон, Тихон, как старый пес, побрел помирать в "каменный лес". Ну, нет! Срок мой не вышел! Рано мне туда! Я еще жить буду! Жить!

На крыльце появляются Вера и Надежда.
 
ВЕРА. Знаешь что, Тихон?
ТИХОН. Что?
НАДЕЖДА. Мы тебя больше никуда не отпустим.
ВЕРА. Что о нас подумают? Скажут, что у тебя, мол, добрые соседи перевелись?
НАДЕЖДА. Разве мы не соседи?
ВЕРА. Сколько лет жили душа в душу.
НАДЕЖДА. Если мы тебя отпустим, с какой совестью мы пред Богом потом предстанем?
ВЕРА. И я спрашиваю: с какой совестью она предстанет пред ним?
ТИХОН. Загалдели! Окно прикройте, пока хожу. (в сторону) А приятно ведь, чтоб меня втрикатушку. (Уходит)
НАДЕЖДА. Пойдем что ли?
ВЕРА. Ты его фанеркой прикрой, а я пока это окно протру.

Надежда скрывается за углом. Вера плюет на стекло и растирает.
 
ВЕРА. Во как! Даже блестит!

Появляется Надежда.
 
НАДЕЖДА. А, может, генеральную уборку у него устроим?
ВЕРА. Пока рано, неизвестно еще, останется ли.
НАДЕЖДА. Так ведь деньги пошел отдавать.
ВЕРА. Но ты же сама слышала: еще не решил, насовсем или нет.
НАДЕЖДА. Лучше бы насовсем.
ВЕРА. Знамо лучше. Да ты не кисни, я его теперь никуда не отпущу.
НАДЕЖДА. Ишь ты какая шустрая, спросил он тебя.
ВЕРА. А вот увидишь. Я-то умею с мужчинами обращаться. Чай двоих воспитала.
НАДЕЖДА. Это кого же двоих?
ВЕРА. Мужа и сына.
НАДЕЖДА. Ой, насмешила. Ну, муж-то сам воспитался, без тебя. А вот сыночка своего - точно ты. Усвистал от тебя, даже не знаешь, где он теперь.
ВЕРА. Почему не знаю? Знаю, он на Севере, деньги зарабатывает.
НАДЕЖДА. Что ж он тебе за столько лет ни рубля не прислал, ни гостинцев, даже не навестил ни разу? А, молчишь?
ВЕРА. У него работа такая, ответственная.
НАДЕЖДА. Уж такая ответственная, что и про мать забыл.
ВЕРА. А что ты-то в этом понимаешь? У тебя и детей-то никогда не было!
НАДЕЖДА. Зато у меня столько красавцев было... Даже из города приезжали!
ВЕРА. Врешь ты все! Не было у тебя никаких красавцев! Один муж был, да и тот бросил, к другой убежал!
НАДЕЖДА. Это я его бросила! А красавцы - были! Были!
ВЕРА. Врешь все! А сын у меня хороший!

Появляется Вика.
 
ВИКА. (улыбаясь) Чего кричите? А, дяде Тихону обрадовались? Наверное, грустно вам было без него, но теперь снова...
ВЕРА. Не останется он!
ВИКА. Как не останется? Он деньги Паше вернул, сама видела. Сейчас с лесом пошел здороваться. Да и гляжу, вы вон стекло даже почистили.
НАДЕЖДА. Хотим вообще генеральную уборку сделать.
ВЕРА. Этим его не удержишь.
НАДЕЖДА. Да? А, может, ты знаешь, как его удержать?
ВЕРА. Конечно, знаю. Но тебе это не под силу. Я сама.
ВИКА. А как, если не секрет?
ВЕРА. Очень просто. Выйду за него замуж. Надоело без мужика. Может, мы с ним еще и ребеночка родим.
НАДЕЖДА. Угу, Снегурочку слепите или Буратино, вон, из бревна. Верка, хватит тебе языком трепать.
ВЕРА. Что, не веришь? Я что, не женщина? Думаешь, только по тебе красавцы сохли? Вот увидите.
НАДЕЖДА. Так ты это серьезно?
ВЕРА. Да!
ВИКА. И дядя Тихон об этом знает?
ВЕРА. Да!
НАДЕЖДА. И он согласен?
ВЕРА. Конечно!

Пауза.

НАДЕЖДА. А как же я? Куда мне деваться? Ты устроишь свое счастье, а что со мной будет без Тихона? Ты подумала об этом?
ВЕРА. Зачем мне думать? У тебя своя голова есть. Тоже пошевели извилинами. Не стесняйся своего возраста! К тому же у тебя прическа теперь модная.
НАДЕЖДА. (горько) Тоже мне подруга. Сколько лет я с тобой дружила... Постой! Если Тихона можно удержать здесь только через замужество, то почему его женой должна быть ты? За какие такие заслуги? Я тоже женщина, да еще какая!.. Тихона я не меньше твоего уважаю и люблю!
ВЕРА. Что ты раскричалась? Тут младшая стоит, а ты срамишься.
НАДЕЖДА. Я срамлюсь?! Нет, вы только посмотрите на нее!
ВИКА. Выходит, на дядю Тихона вы обе имеете одинаковые права.
НАДЕЖДА. Получается, что нам обеим за него замуж идти?
ВИКА. Почему обеим?
НАДЕЖДА. Из твоих слов так выходит.
ВИКА. Нет, я этого не говорила.

Пауза

НАДЕЖДА. А давай монетку бросим? Орел или решка?
ВЕРА. Вот это да! Я хотела после твоей смерти могилку твою оплакивать, но ты такое ляпнула, что я сейчас готова над тобой разрыдаться. (Вике) Не суди ее строго. Она не виновата. Если Бог человеку ума не дал, то...
НАДЕЖДА. Ну, ладно, хватит! Знаю, глупость сказала. Но это от обиды! Почему все ей?
ВЕРА. А кому же еще?

НАДЕЖДА. Да.
ВЕРА. А я еще и это помыла. Видишь, как блестит? Устал, наверно, в такую жару? Присядь, отдохни, вот сюда, в тенек. (Тащит лавочку, заботливо вытирает ее, усаживает обалдевшего Тихона). И такую тяжесть еще таскаешь. Знала бы, встретила.
ТИХОН. Да это ж...
ВЕРА. Давай их, я сюда положу. Может, тебе водички принести?
ТИХОН. (в недоумении) Нет, спасибо.
ВЕРА. Ты не волнуйся, я тебе весь дом приберу, полы помою, травку твою посушу.
ТИХОН. (в недоумении) Спасибо... (Немного придя в себя) А что Надя такая грустная? (Наде) Что с тобой?
ВЕРА. Не тревожь ее, разбудишь. Видишь, с открытыми глазами спит.
НАДЕЖДА. Я?!
ТИХОН. Ладно, пойду пока чаёк заварю. (Уходит в дом)
ВЕРА. Понятно. Пора расходиться.
НАДЕЖДА. Ты что такое тут про меня болтала, а?
ВЕРА. Надежда, не скандаль. Пора, говорю, по домам. Ну, что стоишь? Иди.
НАДЕЖДА. А ты? (Присев на лавочку) Мне, может, посидеть хочется.
ВЕРА. (поднимая ее) Вот иди домой и сиди себе на здоровье.
НАДЕЖДА. А сама чего не идешь?
ВЕРА. Сказал, чтобы подождала.
НАДЕЖДА. Когда? Я этого не слышала.
ВЕРА. Так это он мне сказал, не тебе.
НАДЕЖДА. Ладно, пойду. (Собирается уходить).
ВЕРА. Чуть побыстрее, пожалуйста. Ну, что остановилась? Что на меня смотришь? Давно не видела? И не вздыхай. Сказано иди, так иди.
НАДЕЖДА. Ну, Верка!

Надежда уходит.

ВЕРА. Так-то лучше. Ишь какая! Я тебе еще покажу! Я тебе еще нос-то утру! Вот увидишь!
ТИХОН. (выходит на крыльцо) Ну, всё почти готово... А Надя что, ушла уже?
ВЕРА. Да ну ее! Упрашивала подождать, так нет - ушла!
ТИХОН. А что она такая кислая была?
ВЕРА. Так ведь старенькая уже, видать, на солнце разморило. Дело у меня к тебе, Тихон. Только ты никому, ладно?
ТИХОН. Ладно, говори.
ВЕРА. Ты мне немного денежек одолжи.
ТИХОН. А сколько надо?
ВЕРА. Сколько не жалко?
ТИХОН. Да можешь хоть все забрать. Зачем деньги-то?
ВЕРА. Не могу сказать. Это тайна.
ТИХОН. И даже мне не скажешь?
ВЕРА. Нет, не скажу. Тайна.
ТИХОН. Ну, дело твое. Пошли, заодно чайком попотчую.
ВЕРА. Только, чтобы никто не прознал.
ТИХОН. Идем, шкатулка с секретами.

Уходят в дом. Около забора появляется Надя.
 
НАДЕЖДА. А я все не верила. Он сам ее в дом пригласил... Все! Больше сюда шагу не ступлю! Будьте счастливы! Чтоб вам вместе состариться!.. Обидно-то как! Что ж мне-то теперь делать?

ТИХОН. Доброе начало - половина дела. Молодец.
ВИКА. Только Семен Аполосович что-то недоволен был, говорит, мол, неправильно играла.
ТИХОН. Слушай ты его больше. Много он понимает.
ВИКА. Но он же режиссер!
ТИХОН. Люди всякие бывают. И золото надо уметь разглядеть. Может, он настоящего-то золота и в глаза не видывал. Трудно бывает глаз навострить, коль к меди привычен.
ВИКА. Ой, дядя Тихон! Я зачем сюда прибежала-то? Вас Паша к себе зовет, стол приготовил.
ТИХОН. Зачем? Опять будет дом клянчить?
ВИКА. Нет, для другого... Но я вам не скажу - сюрприз.
ТИХОН. Ишь ты, сюрприз. Ну, веди, раз стол накрыл.
ВИКА. Не, я не могу, вы уж без меня... А я пока на почту схожу, вдруг что разнести надо. (Уходя) А вы идите, он ждет (Уходит).

Мимо забора проходит Надежда.
 
ТИХОН. Надежда, чего не здороваешься? Где пропадала-то? Сколько дней уж не заходишь.
НАДЕЖДА. Здравствуй, Тихон. Прихворнула было...
ТИХОН. Ой, темнишь ты что-то. Когда болеешь, ко мне бежишь. Чувствую, обиду какую-то на меня затаила. Может, из-за того, что вернулся?
НАДЕЖДА. Да что ты! Наоборот! Хорошо, что вернулся. Мы к тебе привыкли. Чего скрывать, плохо нам без тебя.
ТИХОН. Потому столько дней не заглядывала?
НАДЕЖДА. Это не моя вина. Верка мне такое сказала... До сих пор в себя прийти не могу.
ТИХОН. Обо мне? Дурное что-то?
НАДЕЖДА. Вот именно. Дурное. Очень дурное. Хотя нет, наоборот. Хорошее. Даже чересчур хорошее.
ТИХОН. А тогда что плохого, если она обо мне хорошее говорит?
НАДЕЖДА. Потому что ничего хорошего она не сказала! Думала сначала: врет, а потом сама убедилась.
ТИХОН. Ничего не понимаю.
НАДЕЖДА. (махнув рукой) Да ладно тебе. Знаешь, что я тебе скажу, Тихон? Пока дома сидела, то есть пока болела, я так подумала и решилась... Тихон, мы уже давно с тобой знакомы и...
ТИХОН. Поди с самого детства.
НАДЕЖДА. И хочется оставшиеся дни прожить... (Задумывается) Боже мой, как быстро жизнь прошла.
ТИХОН. Да-а, совсем недавно вроде на деревянной лошадке прыгал. Потом гармошку из рук не выпускал, пел, плясал, работал, воевал, женился, снова работал...
НАДЕЖДА. Ты хоть семьей пожил, а у меня-то, можно сказать, и не было ее вовсе.
ТИХОН. Сама виновата. Или мало по тебе парней сохло после того, как вы с ним, с твоим этим, разбежались?
НАДЕЖДА. Тут уж я не виновата. Сердцу не прикажешь.
ТИХОН. Помню, как ты красоваться любила. Все в юбках да робах, а ты одна в платье. Да еще в каком! Голубое, с белыми цветочками. И с брошью.
НАДЕЖДА. Да, с белыми цветочками. И брошь в виде цветочка.
ТИХОН. Да-да, в виде цветочка... И такая красавица осталась без жениха! Не поверю, чтоб тебе никто не нравился.
НАДЕЖДА. У-у-у, не то слово, любила, да еще как! Удивляюсь, как тогда мое сердце не лопнуло.
ТИХОН. Кто он? Почему не вышла за него?
НАДЕЖДА. А он не замечал.
ТИХОН. Он что, слепой?
НАДЕЖДА. Слепой, потому что на другую смотрел. Да ладно, не будем старое ворошить.
ТИХОН. Значит, не достоин был твоей любви, если не замечал ее! Бессердечный был! Ты не переживай, значит, Бог просто не дал ему счастья за это, коль...
НАДЕЖДА. Нет, он счастливо с женой жил.
ТИХОН. Да?! Вот скотина! Кто он?!
НАДЕЖДА. Что ты ругаешь его? Он хороший.
ТИХОН. Он жив или уже?..
НАДЕЖДА. Жив, слава Богу.
ТИХОН. Он из местных или?
НАДЕЖДА. Рядом живет.
ТИХОН. И ты его встречаешь, разговариваешь с ним?!
НАДЕЖДА. Да, почти каждый день.
ТИХОН. И как же ты?
НАДЕЖДА. Ничего, держусь. Хотя опять его теряю. Второй раз.
ТИХОН. Постой, постой. Так, значит, он сейчас свободен?! Куда же ты смотришь тогда? Зачем упускаешь? Ты женщина! Где твоя гордость? Почему не скажешь ему об этом? Сама не в состоянии, я ему скажу! Я ему раскрою глаза! Если у меня не получится, Верку позовем! Чего ждать-то? Смотри, каждая секундочка крадет твою жизнь.

Появляется Вера.
 
ВЕРА. Здравствуй, Тихон.
ТИХОН. Во, близка на помине. Вера, помоги подруге, а я пока до Пашки слетаю, узнаю, чего звал. (Уходит).
ВЕРА. Ну, подруженька, чего молчишь? Чего не здороваешься?
НАДЕЖДА. Ты подошла, ты и здоровайся первая. Ну, надо же в такой ответственный момент тебе появиться! Кто тебя звал? И Тихон из-за тебя ушел.
ВЕРА. Из-за меня?! Уж не навострилась ли ты на него? Смотри, не смей. Он - мой.
НАДЕЖДА. Это мы еще посмотрим, чей.
ВЕРА. Ах, вот ты как?!
НАДЕЖДА. Да! Вот так!

Пауза.

ВЕРА. Так, значит, что и дружба врозь?
НАДЕЖДА. Ты так захотела. Сама в гости не заходишь, все здесь вертишься.
ВЕРА. А ты тоже мимо моих окон ходишь, нет чтоб зайти. Так сюда же, к Тихону.
НАДЕЖДА. Я, может, по делу к нему зашла.
ВЕРА. Знаю я твое дело... Он сказал, мол, помочь тебе чего-то надо?
НАДЕЖДА. Ничего. Сама справлюсь.
ВЕРА. Может, я чем помогу?
НАДЕЖДА. Нет, в этом деле ты не помощник. Извини уж.
ВЕРА. Как знаешь. Было бы предложено.

Появляется Вика.
 
ВИКА. Теть Вер, а я вас ищу.
ВЕРА. А чего сияешь, поди хорошие вести несешь?
ВИКА. Да. (Показывает бланк почтового перевода).
НАДЕЖДА. Что это?
ВИКА. Как что? Извещение о денежном переводе. Целых полтыщи! Вот, теть Вер, сын прислал.
ВЕРА. Вот собачий сын, не мог побольше прислать, чай, не обеднел бы! Говоришь, полтыщи?
ВИКА. Ну, да.
ВЕРА. Дай сюда. И нечего всех оповещать. Принесла бы в дом. А то кричишь на всю улицу.
ВИКА. А что скрывать? Пусть все знают, какой у вас заботливый сын, помогает.
ВЕРА. Завистливы люди. Во смотри. Видишь? У Надежды уже лицо вытянулось (Рассматривает бланк). Нет, чтоб себе отложить, так нет, все матери, матери. Как-будто мне пенсии не хватает. (Надежде) Что на меня так смотришь?
НАДЕЖДА. Нет, ничего. Удивляюсь только, ведь даже писем не было, а тут... Видимо, отсидел уже. Сколько, ты тогда говорила, ему дали?
ВЕРА. Восемь. Ну и что? Настоящий мужчина все должен испытать. Не такие умы в тюрьмах сидели. По такому случаю идем ко мне, я угощаю. Ведь как чувствовала, пирогов напекла всяких-разных, и твои любимые, Надюшка, с картошкой.
ВИКА. А Паша с рыбой любит.
ВЕРА. Ты скажи ему, пусть он рыбки наловит, а я уж...
ВИКА. Нет, вы лучше меня научите, как их... Я сама ему испеку.
НАДЕЖДА. А у меня дома наливочка есть. Как раз под пироги.
ВЕРА. И то верно. Эх, Тихона бы позвать. Он тоже пироги любит.
ВИКА. Я могу сбегать. Он ведь у Паши.
ВЕРА. Уж не дом ли продавать? Никак снова уезжать собрался?
ВИКА. Нет. Павлик его по другому вопросу пригласил.
НАДЕЖДА. О, а что это ты вся аж зарделась?
ВЕРА. Уж не сватом ли Тихона хочет оформить?
ВИКА. Да ну... Побежала я, позову. (Собирается уходить).
ВЕРА. И Пашу тоже зови.
ВИКА. Хорошо. (Убегает).
ВЕРА. Ну, что, подружка, помиримся, что ли?
НАДЕЖДА. Да мы вроде и не ссорились.
ВЕРА. А как будто в ссоре были.
НАДЕЖДА. Твоя правда. Как девчонки малые.
ВЕРА. И не говори... Смешно прям. Мужика не поделили.
НАДЕЖДА. Поделим. Только так, чтоб не обидеть друг дружку.
ВЕРА. Придумаем. Одна голова - хорошо, а две - лучше. Идем, подружка.
НАДЕЖДА. Идем, только сначала ко мне, наливочку возьмем, да мяска для мужиков. Они-то, наверное, водку будут.

Уходят. Появляется Тихон.
 
ТИХОН. Снова под ручку ходят. Это правильно, это хорошо. А то удумали - из-за меня ссориться. Надежда-то про меня говорила, по глазам видел. И Вера туда же... Ох, бабоньки, что ж мне с вами делать-то? А теперь, когда вместе, уж не знаю, что и ждать от них. Если бабы против одного мужика совет держат - пропал мужик. А Пашка-то и без совета пропал, сильно ему Викушка сердце зацепила, ох, сильно. Теперь сватом пойду. А что делать? На свадьбе хоть погуляю, "горько" покричу. Как хорошо, что я про "горько" вспомнил, я ж за водочкой зашел. Как пироги да без водочки? Никак.

Уходит в дом.

ТИХОН. Вика?! Это что такое? Никак с Пашкой поругались?
ВИКА. Все пропало! Все кончилось! Я сегодня с высокой святой башни... вверх тормашками... в лепешку.
ТИХОН. Он что тебя с нашей пожарной вышки сбросил?!
ВИКА. Он сказал, что я сама упала.
ТИХОН. Вот скотина! А зачем ты с ним вообще туда полезла?
ВИКА. Так это же была мечта всей моей жизни.
ТИХОН. Да?!
ВИКА. Я ведь почти до самого верха добралась на восхитительную башню искусства, а он меня... в лепешку.
ТИХОН. Ах, вот ты о чем... А я уж, грешным делом, решил Пашку с вышки сбросить.
ВИКА. (утирая слезы) Зачем?
ТИХОН. Нет, это я пошутил.
ВИКА. Странные у вас шутки, дядя Тихон.
ТИХОН. А высоко ли забралась-то? На башню-то эту?
ВИКА. Очень высоко. В том-то все и дело, что высоко. А этот противный Семен Аполосович столкнул. Взашей выгнал. Сказал, чтоб я вообще больше к театру близко не подходила. Он говорит, что я играю неправильно, его не слушаю. А как его слушать, если он все неправильно говорит! Мне удобней играть по-своему. И Паше больше нравится, когда я играю так, как хочу.
ТИХОН. Знаешь, ты будешь актрисой. Настоящей. Если, конечно, снова захочешь карабкаться на эту башню.
ВИКА. Что вы утешаете меня? Не надо меня утешать.
ТИХОН. Я знаю, что говорю. В тебе бесенок сидит.
ВИКА. В театр я больше не пойду.
ТИХОН. Это ты так, пока обида еще...
ВИКА. Нет, дядя Тихон, я твердо решила.
ТИХОН. (немного помолчав) А, с другой стороны, и правильно. Тебе больше другое искусство подойдет, коли ты высоты боишься.
ВИКА. Какое искусство? Травы собирать?
ТИХОН. Искусство быть женой, матерью и хозяйкой.
ВИКА. Ну уж и искусство.
ТИХОН. Самое что ни на есть искусство. Сколько оно красоты в жизни прибавляет. Сколько счастья даст тем, кто… тебе самой, прежде всего.
ВИКА. Да? А есть такое искусство?
ТИХОН. Есть… Должно быть.
ВИКА. И ему можно научиться?
ТИХОН. Не только можно, а нужно… Да не все хотят, а я видел таких, которые и вовсе не могут его освоить. Тут ведь тоже талант нужен.
ВИКА. А я смогу? Как вы думаете, смогу?
ТИХОН. Не знаю, и врать не буду. Тут ведь жизнь, Вика, а не театр.
ВИКА. У меня получится, я чувствую, что получится. Спасибо вам, дядя Тихон.
ТИХОН. За что?
ВИКА. За слова такие.
ТИХОН. Это сколько угодно. На вот. (Подает ведро). Занеси рыбку Вере, пусть пироги испечет. И ты вместе с ней. Учись. Павлушу угости, он их любит, вчера все уши об этом прожужжал.
ВИКА. Спасибо, дядя Тихон.
ТИХОН. Беги-беги, стрекоза.

ВЕРА. У меня там открыто, в сени поставит.
ТИХОН. Только ты ведро мне потом отдай… А что вы все смеетесь?
НАДЕЖДА. Да говорю, вот до чего докатились, уже мужикам не подмигиваем.
ВЕРА. Пора нас списывать… А, Тихон?
ТИХОН. Ну и зря не подмигиваете. У вас еще получится.
ВЕРА. Чего получится-то, а? (Смеется)
ТИХОН. Что-то ты, Веруня, сегодня подозрительно веселая.
ВЕРА. А чего мне не веселиться? Хватит, наплакалась за всю-то жизнь, надоело. Пора и веселой быть.
НАДЕЖДА. Точно, Верушка. Тихон, ну, ты долго стоять-то будешь?
ТИХОН. А что?
НАДЕЖДА. Неси стол! Сейчас праздник устроим!
ТИХОН. Что отмечать будем?
НАДЕЖДА. Вот сядешь за стол, тогда скажем.

Тихон уходит в дом.

ВЕРА. Ох, какие пироги у меня получились. Аж самой не терпится попробовать.
 
Прибегает Вика с конвертом в руке.

ВИКА. Теть Вер, а я вас ищу. Так и поняла, что здесь, раз дома нет. Я у вас там рыбу оставила, на пироги.
ВЕРА. Из-за этого и искала?
ВИКА. Нет, я сейчас на почту забежала и…
НАДЕЖДА. Опять деньги?
ВИКА. Нет, письмо. От сына кажется.
ВЕРА. Давай сюда. А это, на-ка вот, возьми, на стол поставишь.
НАДЕЖДА. Вер, да ты не конверт рассматривай, лучше прочти, что сын пишет.
ВЕРА. Не вам же пишет. (Уходит).
НАДЕЖДА. Ты куда? А как же разговор с Тихоном? (Вике) Точно от сына?
ВИКА. Вроде как.
 
Тихон выносит стол.
 
ТИХОН. И ты, стрекоза, здесь? Молодец. А Вера где?
ВИКА. А вон за поленницей сидит, письмо читает.
ТИХОН. Ей письмо пришло? Надо же, в кои-то веки. От кого?
НАДЕЖДА. От сына.
ТИХОН. Объявился, значит, опомнился.
НАДЕЖДА. Исправили, видать, в тюрьме-то, коль письма начал матери слать. Да и деньжатами ей стал помогать.
ТИХОН. Какими деньжатами?
НАДЕЖДА. Да ставь стол-то! У меня руки сейчас отвалятся! Да не здесь. Вот сюда давай. Во, ставь.

Вика и Надя раскладывают угощения. Тихон приносит лавку и стулья.

ТИХОН. Ну, я гляжу, все готово. Вика, будь добра, кликни Веру.
ВИКА. Бегу. (Убегает).
ТИХОН. Эх, сейчас выпьем, закусим и плясать будем. У меня сегодня настроение что-то хорошее. Цветешь ты сегодня, Надюшка, как невеста на выданье.
НАДЕЖДА. Вдруг решусь. Может, правда, замуж собралась.
ТИХОН. Это хорошо. Если собралась – выдадим. Я ж теперь, благодаря Пашке, в сваты подписан. Вот Викушку выдадим, и за тебя примемся.
НАДЕЖДА. Мне ждать некогда. У меня теперь каждая секундочка аж целыми кусками жизнь-то крадет. Ладно, занимай свое место – во главе стола.
ТИХОН. А что, девчонок-то не будем ждать?
НАДЕЖДА. Да вон они.

Появляются Вера и Вика. Все рассаживаются.

ТИХОН. Ну, говорите, в чью честь стол? (Разливает водку, Вика отказывается).
НАДЕЖДА. Сорок два года назад, в такой же день, тогда ты только-только дом поставил…
ТИХОН. (задумавшись) Сорок два года, говоришь?
НАДЕЖДА. Была ваша свадьба с Глашей!
ТИХОН. Да, да, да… Это что, уже сорок два года прошло?!
НАДЕЖДА. И именно сегодня, в этот день, день твоей свадьбы, мы с Верой решили сказать тебе… Нет, предложить… (Очень волнуется) Ух, давайте выпьем, а то я чего-то…

Пьют.

ВЕРА. И день был такой же солнечный и красивый. Тихон, ты помнишь? Ты счастлив был в этот день. Милый, хороший мой Тихон, ты и сейчас счастлив!.. Счастлив… Несчастна та женщина, дети которой совершают недоброе. Та, которая должна стыдиться их! С позором вспоминать их имена!.. Прости, что… Дай бог тебе не испытать это (наливает себе и залпом выпивает).

Пауза.

ТИХОН. Вера, ты ничего рассказать не хочешь?
ВЕРА. Вот у тебя будка пустая…
ВИКА. Будка?
НАДЕЖДА. Вера, ты чего?
ТИХОН. Да, пустая.

Вика, Надя и Тихон смотрят на собачью будку.

ВЕРА. Тихон, я готова быть твоей сторожевой собакой. Надень на меня цепь! Лягу у твоего порога и буду охранять тебе ото всех!.. Всех… (Наливает себе и пьет).
ТИХОН. Вера, милая, что ты такое говоришь? Лучше вспомни, какой ты была в этот день тогда. Как ты пела! Как плясала!
НАДЕЖДА. (весело) Тихон, соглашайся, пока она не передумала. Ее давно пора на цепь посадить. (Смеется). А я намордник ей сошью. (Смеется).
ВЕРА. Спасибо, дорогая. (Тихону) Я ведь для тебя тогда плясала. Разве уступила бы тебя Глаше, если б она от тебя тогда уже не… Ведь почти моим был.
ТИХОН. (улыбаясь) Не забыла еще?
НАДЕЖДА. Первый раз слышу. Тихон, неужели ты с Веркой?! (Вере) И я с тобой дружу?!
ВЕРА. Я огнем тогда горела.
ТИХОН. Видать, здорово я тебя допек.
НАДЕЖДА. Господи, где ж я-то была в это время?
ВЕРА. Спала, наверное. Я, когда встречала его, у меня земля из-под ног уходила. Язык немел.
ТИХОН. Я тоже к тебе приглядывался… Но у вас тогда уже вроде с Иваном что-то завязываться стало?
ВЕРА. Завязываться… Ведь все ночи ждала, что придешь. Ни разу не пришел. Только днем виделись, и то мельком. Боже мой, я, как свеча, сгорала! А он даже пальцем меня не коснулся.
ВИКА. Вот это любовь!
ТИХОН. Да я любил вас всех: и Глашу, и Веру, и Надежду, но всех по-разному, каждую по-особенному. (Наливает себе и залпом пьет).
ВИКА. Ай да, дядя Тихон! Вот это да!
ВЕРА. Эх, Тихон-Тихон, почему не мне в молодости достался? Я тебя до небес подняла бы.
НАДЕЖДА. Ты бы подняла, если б небо упало.
ВЕРА. (со слезами) Какой ты счастливый, Тихон! Как я тебе завидую! И почему такая несправедливость на свете? Зачем я живу? Кому я нужна? Глаша на том свете и то счастливее меня. Сказали бы поменяться с ней местами – я бы с радостью. Ты ведь даже памяти жены верен. Каждый вечер у могилки ее сидишь, разговариваешь… Я видела.
НАДЕЖДА. (со слезами) А мой при живой жене… А потом и вовсе бросил. Умру я – и вспомнить некому будет.
ТИХОН. (сурово) Ну-ну-ну! Вы эти мокрые дела бросьте! Плакать хочется – плачьте дома. Не гоже вам это, особенно, таким красавицам. Ишь ты, одиночество свое вспомнили! Вон, посмотри, сколько нас таких одиноких. Что же нам теперь всю жизнь слезы лить? Вы ведь женщины, чтоб вас втрикатушку! А у женщины одно утешение – любовь. Кого-то всегда надо любить – мужа, детей, друзей. Мужа нет, люби соседа! Но люби, обязательно люби, всегда люби! О ком-то все равно надо заботиться. Кому-то все равно нужно помогать. Если нет его, надо найти. Обязательно. Иначе жизнь бессмысленна.
ВЕРА. (вскочив) Кого ты хочешь, чтобы я любила?! Убийцу-сыночка?! Лучше б ты, Вика, извещение о его смерти принесла!
ВИКА. Исправился же он.
ВЕРА. Да! Исправился! Вот! (Бросает на стол конверт) Пишут: десять лет ему снова дали!
ТИХОН. Опять?!
НАДЕЖДА. Недавно же деньги присылал.
ВЕРА. (в слезах) Присылал!.. Я сама себе их прислала. Заняла у Тихона. Поехала в поселок. И отправила, чтоб перед людьми стыдно не было. Пусть думают, что у меня сын есть. Работает где-то. И мать не забывает… За что меня бог наказывает? Почему мой сын – пьяница, вор, убийца?.. Убийца!.. Зачем мне такая жизнь?
ТИХОН. Хватит! Прекрати! Такова доля! Бог каждому дает по силам его! (Немного успокоившись) У тебя есть, чем гордиться! А сына, считай, не было!
ВЕРА. (утирает слезы, смеется) Тихон, а здорово я Надежду покрасила! Как француженку! Как русалку! Как куклу! (Веселость уходит) Знала бы я, что рожаю убийцу, в колыбели бы придушила его!
ТИХОН. Рождаемся все чистыми, пачкаемся потом.
ВЕРА. Боремся, толкаемся, завидуем, топчем. Да, человек, как зверь.
ВИКА. Звери не жестоки!
ТИХОН. Но ведь у человека и доброта есть… Должна быть… Давайте выпьем за всех матерей на земле, чьи дети… За тех, кто… За славу матерей!

Пьют.

ВИКА. (неуверенно поднимаясь) Ну, я, наверное, пойду?

Пауза.

ТИХОН. Как-будто кто-то умер.

Вдалеке слышится заливистый собачий лай.

ТИХОН. Вот и Туман мой так бывало заходился. Как начнет – не остановить.
НАДЕЖДА. Так, кажись, он и есть.
ВЕРА. Его голос. Больше никто так звонко не лаял у нас.
ТИХОН. Нет, это не он. Туман в лес пошел помирать. Уж сколько времени прошло. Это не он.
ВИКА. (подбежав к забору, вглядывается) Он! Он это! Я же говорила, что просто погулять!

Тихон срывается с места, за ним – Вера и Надежда. Подбегают к забору.

НАДЕЖДА. Где?
ВИКА. Вон! За ручьем!
ВЕРА. Господи, а отощал-то.
ТИХОН. Туман! Жив! Не вышел, значит, наш срок! Не вышел!
ВИКА. Кажется, ему надо помочь, он через ручей не может перебраться. Ослаб.
НАДЕЖДА. Гляди-ка, увидел!
ВЕРА. Хвостом виляет!
ТИХОН. Ничего, откормим! Главное, будем жить, чтоб его втрикатушку! Жить!

Тихон и Виктория убегают, за ними – Вера и Надежда.
Двор опустел. Но вдруг со скрипом и стоном, медленно и как будто неуверенно сама собой приоткрывается дверь старого дома, словно он приглашает кого-то или зовет на помощь.

Занавес.