СЦЕНА 2

Там же. Входит Вера, за ней ИГОРЬ с портфелем и книгой в руках. Он расстроен. Бросает портфель у входа. Вера закрывает дверь и идёт к столу.

ИГОРЬ (садится за стол, кладёт книгу рядом с собой). Вера, кажется, меня скоро уволят.
ВЕРА (берёт книгу, бегло листает). За что? Очередная кулинарная книжка. Картинки красивые, шрифт хороший.
ИГОРЬ. Двадцать шестая страница. Третий абзац сверху.
ВЕРА (открывает, читает вслух). «Разбейте четыре яйца… Для успешного перехода через «кротовую нору» класса «Гамма-10» необходимо синхронизировать гравитационные компенсаторы с частотой пульсара. В противном случае яичница пригорит… то есть экипаж рискует быть выброшенным в межпространственную сингулярность. Рекомендуется добавить соль по вкусу и сбить пену». (Поднимает глаза на мужа.) Игорь… как ты это пропустил?
ИГОРЬ. Не пропустил. Я сам дописал. Только не помню как.
ВЕРА (садится напротив). Как это — не помнишь? Ты что, во сне текст правил?
ИГОРЬ. Видимо, да. До трёх ночи сидел над этой статьёй. «Яичница по-монастырски». Восьмая правка. Уже букв не видел. И вот… результат.

Вера наливает мужу чай из чайника, подвигает тарелку с пирожками.

ВЕРА. Выпей чаю. И пирожок возьми, я с капустой испекла. (Игорь берёт пирожок, но не ест, вертит в руках.) Как ты в авторский текст додумался такое вставить?! Это же автор, это же… почти святое.
ИГОРЬ. Да какой там автор, Вера! Этот «автор» — сборная солянка. Там каждая вторая статья списана с блогов. Жена главреда из интернета всякую хрень натащила и в виде рукописи нам в издательство. А главред ей ни в чем отказать не может. Я эту — прости, Господи, — книгу с нуля переписывал. Каждое слово, каждую запятую. А раздел с яичницами — вообще проклятое место. Знаешь, сколько у слова «яичница» синонимов? Четырнадцать! «Яичница-глазунья», «болтунья», «скрэмбл», «омлет», «фриттата»… И все их надо как-то обыгрывать, чтобы не повторяться. Кстати, в той статье я применил слово «глазунья». Помню, «разбейте яйца, посолите, пожарьте». Я и решил добавить изюминку.
ВЕРА. Зачем в глазунье изюм?
ИГОРЬ. Нет там изюма! Дело вообще не в изюме. Текст «дышать» должен! Понимаешь?
ВЕРА. Понимаю. Додышался! Вот результат… А может, никто не заметит? Ну, полистают, картинки посмотрят.
ИГОРЬ. Но кто-то же читает кулинарные книги! Какая-нибудь домохозяйка откроет, увидит этот бред, сфотографирует и выложит в интернет. «Кретин-редактор вставил космос в яичницу». Или ещё хуже. Читательницы начнут массово строить «кротовые норы» на кухне. Или вообще катастрофа - жена главреда, она же автор, захочет перечитать свой опус.
ВЕРА. Сомневаюсь. Помню ее вульгарный смех на новогоднем корпоративе. Такие вообще ничего не читают.
ИГОРЬ. А вдруг? И тогда — всё! Мне конец. Издательство откажется от меня. Другие издательства узнают. В редакторы не возьмут. В корректоры — тоже. Буду сидеть дома, перепроверять твои списки книг в библиотеке.
ВЕРА (задумчиво). А может кредит взять и выкупить весь тираж? Во сколько это обойдется?
ИГОРЬ. Семь тысяч экземпляров. Даже если по триста рублей за штуку — два миллиона. Где мы возьмём два миллиона? Мы за коммуналку с трудом платим. Даже залоговое имущество не спасёт — дача скоро развалится, телевизор старый, книг вагон, но они никому не нужны. Никто не даст нам такой кредит. И потом представляешь себе семь тысяч книг? Мы ими всю зиму отапливаться сможем.
ВЕРА. Не дам! Книги – не дрова!
ИГОРЬ. Тем более… А торговцы из нас с тобой так себе, тем более бракованными книжонками. От стыда сгорим.
ВЕРА. А может, скажешь, что технический сбой. Типография напутала.
ИГОРЬ (качает головой). Технический сбой — это когда буква съехала. А тут целый абзац про «кротовые норы». Не пройдёт. Я же подписывал оригинал-макет. Моя подпись — моя вина.
ВЕРА. А если, например, скажешь…
ИГОРЬ. Даже если я скажу, что меня взломали — никто не поверит.
ВЕРА (листает книгу, смотрит на разворот). Слушай… А если вырезать эти две страницы? Смотри: после двенадцатого способа идёт тринадцатый, а потом сразу шестнадцатый. Подумаешь, небольшой пробел. И я могу их продавать… Я наберусь храбрости!
ИГОРЬ. И будешь обманывать людей? Будешь стоять у входа в метро и предлагать людям вот это? Ты серьёзно? Представляешь: «Купите книгу по кулинарии, у нас две страницы вырезаны!» И нумерация нарушится, содержание не совпадёт. И ты готова пойти на такое преступление?
ВЕРА. Ради семьи, ради тебя… наверно.
ИГОРЬ. А затем вызовут полицию — мы ведь будем торговать бракованным товаром… Нет, Вера, это не вариант.
ВЕРА (вздыхает). Тогда всё оставить как есть. Вдруг и правда никто не прочитает? Кто вообще читает кулинарные книги от корки до корки? Обычно открывают на нужном рецепте и всё.
ИГОРЬ (горько усмехается). А если именно этот рецепт и вознамерятся открыть? «Способ номер двадцать шесть. Яичница на скорую руку «По-монастырски». А там такое. Я уже вижу заголовки в интернете.
ВЕРА (задумчиво, поглаживая обложку). Ну, или другой вариант: ты идёшь в издательство, признаёшься, говоришь, что был в стрессовой ситуации, и просишь прощения. Может, они войдут в положение?
ИГОРЬ. Вера, я редактор. Моя работа — не пропускать ошибки. А я сам создал ошибку, да ещё такую. Это как если бы хирург вместо удаления аппендикса пришил пациенту третье лёгкое. И сказал: «Извините, стресс». Нет, сразу уволят. Знаешь, что главный редактор сказал, когда я сдавал книгу в типографию? «Игорь, это наш бестселлер! Только аккуратно!» А теперь… (Он закрывает лицо руками.) Всё, конец моей карьере.

Вера встаёт, обходит стол, кладёт руку ему на плечо.

ВЕРА. Не убивайся так. Может, обойдётся. Давай не паниковать. Завтра утром всё обдумаем. А сейчас ужин, я салат сделала. Отдохни.

Игорь убирает руки от лица, делает глоток чая, вздыхает, грустно улыбается жене.

ИГОРЬ. Какой салат?
ВЕРА. Обычный. Овощной. Как ты любишь. (Игорь берёт пирожок, откусывает. Вера садится рядом. Несколько секунд едят в тишине. Стук в дверь.) Это кто? Я никого не ждала. Игорь, ты кого-то позвал в гости?
ИГОРЬ. А если это представители автора? Бить меня приехали! Привет из девяностых!
ВЕРА (улыбнувшись). Да ну тебя! (Вера выходит открывать дверь.)

ВЕРА. Игорь, мне показалось? Или... Кот говорит?
КОТ. Ну, да, говорю. А что такого? Вы, люди, тоже говорите. Чем коты хуже? Правда, на этом языке мне сложновато общаться. Мало практики. Но базовый минимум освоил, для бытового общения сойдёт.
ИГОРЬ. Так, стоп! Я, наверно, сплю. Это всё из-за книги. Вера, я сплю?
ВЕРА (подходит к нему, берёт за руку). Не спишь. Кот говорит.
РИТА (садится за стол). Чего всполошились-то? Да, он говорит. Кстати, дамочка, наш котяра — лучший механик в галактике. Тебя это должно радовать, командир.
ИГОРЬ (садится за стол, держится за голову). Так, давайте по порядку. Кто вы такие? Откуда вы? И почему этот кот разговаривает? И почему вы называете меня командиром?
ЛАРИСА (делает книксен, как на балу). Простите за вторжение. Мы добродушные, но несчастные космические туристы. Мы прилетели сюда, чтобы посмотреть шпили земных храмов. Но технический сбой забросил нас в эти тела, и у нас случилась амнезия. Хотя мы уже всё вспомнили!
РИТА. Ты тоже с минуты на минуту должен вспомнить свою настоящую жизнь, командир.
ЛАРИСА. Нам надо срочно покинуть эту планету, на местные шпили мы уже насмотрелись.
РИТА. А почему называем командиром? Потому что ты наш командир. Капитан нашего туристического корабля.
ЛАРИСА. Командир, потому что командуешь нами и нашим кораблем. Это была твоя идея здесь спрятаться, то есть не спрятаться, а совершить туристическую экскурсию на нашем туристическом корабле.
КОТ. «Звёздный странник», модель «Гамма-9». Ты сам его купил на аукционе в системе Бетельгейзе. Правда, он тогда был в ужасном состоянии. Я его отремонтировал. Между прочим, до сих пор не получил за ту работу полную оплату... У вас, кстати, табуретка шатается, я бы мог починить, если инструмент есть. (Вздыхает.) Я вообще мастер на все руки. Но у меня рук нет. У меня лапки.
ИГОРЬ (смотрит на кота, потом на девочек, потом на Веру). Я ничего не понимаю. Я — редактор, я правлю тексты. Я не был ни в какой системе Бетельгейзе. И кот не может говорить. (Пауза.) Хотя… он говорит. Вера, он говорит!
ВЕРА. Давайте все успокоимся. Вы, девочки, и вы, кот, - простите, не знаю как к вам обращаться, - когда вы последний раз ели? Игорь, перестань паниковать! Сейчас я налью всем чаю.

Вера идёт к шкафчику, достаёт вазу с печеньем, из холодильника – сметану. Все это ставит на стол.

РИТА. Именно поэтому всегда ненавидела эту планету.
ИГОРЬ. Почему?
РИТА. Я ничего не говорила. Сижу молча, пью чай, ем печенье и пирожки.
ВЕРА (коту). Могу я предложить вам сметану? Вам как ее подать – в блюдечке или в чашечке?
КОТ (с достоинством). Буду признателен. Можно, конечно, в отдельной миске. Зачем чайный сервиз пачкать? Я обычный механик, пусть и гениальный. Но лучше я отведаю предлагаемый вами продукт прямо из этой банки.
ВЕРА. Весь пакет? Вам будет неудобно.
КОТ. Зато приятно. Чтобы не смущать присутствующих, я воспользуюсь ложкой.

Вера ставит перед Котом банку со сметаной. Кот берёт ложку и аккуратно ест. Вера и Игорь какое-то время завороженно смотрят на это действо.

ВЕРА (девочкам). А вы ешьте пирожки, печенье. Вы такие бледные. Где вы жили?
ЛАРИСА. Мы… мы - в детском доме. Нас там много таких. Забытых космических туристов. Я хотела танцевать, а надо мной смеялись. А Рита меня защищала.
РИТА (с набитым ртом). А чо они? Драка – моя стихия. Штурмовик со стажем, как никак. Любому наваляю. Телесная механика у людей примитивная. Переломы, болевые приемы, скручивания, удушения. Как они выживают? Представь, командир, все, кого встречала здесь, такие неуклюжие. Не чета тем охранникам на планете развлечений Штейне. Помнишь, как мы их четко сделали?.. Жаль, не помнишь. Я вообще в смешанные единоборства хотела пойти, пока не вспомнила, кто мы (подмигивает Игорю).
ВЕРА. Бедные девочки. А кот? Он тоже из детдома? У него есть имя?
КОТ (обиженно). Я не из детдома. Я гениальный механик. Меня зовут Кшш'рр. Я с планеты Бранта. И вообще, я требую уважения.
ВЕРА. Кшшш... Нет, вам больше имя Барсик подходит.
КОТ (облизывается, откидывается на стуле). Да как вам угодно… А ещё сметана есть?
ВЕРА. Есть. Сейчас принесу.
КОТ. Несите, добрая хозяйка… О, благодарю! Помогите открыть сей сосуд – у меня лапки… Знаете, а мне здесь нравится. Я вообще считаю, что Земля — лучшее место в галактике.
ЛАРИСА. Это почему?
КОТ. Потому что это какой-то заповедник для кошек. Тут их любят, кормят, гладят, пускают на кровать. Миллионы, буквально миллиарды двуногих рабов прислуживают нам, котикам, и даже не догадываются об этом. Они думают, что это они нас приручили. Ха! Мяу. Мы просто позволяем им так думать.
ИГОРЬ. Вы серьёзно?
КОТ. Абсолютно. Я механик, я разбираюсь в системах. А это — самая совершенная система в известной мне вселенной. Рабство без рабства. Гениально. Жаль, что вы все не стали котами во время операции «Преображение». Понимаю, погоня, спешка, авария. Все на нервах. (Берёт ложку и с достоинством ест сметану.)
ИГОРЬ. Но почему именно я?
РИТА. Ты выпал из контекста?
ЛАРИСА. Тебе уже все объяснили.
КОТ. Слишком вжился в роль человека.
РИТА. Мы туристы. Хотели посмотреть шпили. Технический сбой. И все такое.
ЛАРИСА. У него амнезия еще не прошла. Подождём.
РИТА. А если ты напряжёшься, то вспомнишь, кто мы на самом деле. (Настойчиво подмигивает Игорю.)
ИГОРЬ. Тебя, кажется, Рита зовут? Я не понимаю твоих подмигиваний… А ты Лариса. Верно?.. Девочки, я не знаю, кто вы и откуда. Я — Игорь Иванович, редактор. Я правлю чужие тексты. У меня сейчас проблема с книгой... о кулинарии. Мне не до космических туристов. Если вы сбежали из детдома, это серьёзно. Мы обязаны сообщить в полицию.
ЛАРИСА (испуганно). Нет, не надо! Мы правда туристы! (Смотрит на Риту.) Может все-таки расскажем правду? (Рита взмахивает рукой, мол, «давай, колись».) Мы не туристы. Мы… Хотя это сейчас не важно. Ты единственный, кто знает, где сейчас наш корабль, на борту которого... Хотя и это сейчас не важно. Где корабль, командир? Куда ты его спрятал?
РИТА. Нам очень бы хотелось вернуться на базу, чтобы потратить свои денежки. Из-за которых мы так страдаем в этих телах.
КОТ. Я не страдаю. Но денежки свои хотелось бы увидеть, командир. Ты со мной ещё за ремонт корабля не рассчитался. Где корабль?
ЛАРИСА. Извини, что вот так, без приглашения, явились к тебе. Я, конечно, полюбила танцевать, но лучше танцевать богатой и счастливой. Поэтому у меня тот же вопрос – где ты спрятал корабль? Вспоминай!
ИГОРЬ. Корабль? Какой корабль? Вы себя слышите?
РИТА. Ох, так не хочется прибегать к пыткам. Но что не сделаешь ради твоего же блага, командир. Последний раз спрашиваю – где корабль?
ИГОРЬ. Я не знаю о чем вы. Какой ещё корабль?
КОТ. «Звёздный странник». Модель «Гамма-9». Внешне похож на… ну, на большое яйцо. Мяу.
ИГОРЬ. «Гамма-9»… Яйцо… Яичница «по-монастырски». (Мотает головой.) Нет, нет, не может быть… Откуда вы знаете?
ВЕРА. Игорь, помнишь ты говорил, что животные всё понимают? Вот он и понимает (Ставит перед Котом еще одну баночку сметаны, гладит его по голове).
КОТ. Хозяюшка, вы прелесть.
РИТА (смотрит на Игоря с надеждой). Ты что-то вспомнил?
ИГОРЬ. Про корабль? Нет. Просто… совпадение. Мой редакторский ляп в этой книжке.
ЛАРИСА. А помнишь, командир, как мы пролетали над планетой с кольцами? Красотища!
ИГОРЬ (автоматически). Не были мы там! Не могли мы там пролетать, нас бы об него расплющило. Девочки, вы представляете размеры и массу той планеты? (Закрывает лицо руками.) Какой-то бред. Я сейчас проснусь.

ИГОРЬ. Почему ты всегда нарушаешь мои прекрасные логические построения? Они не идеальные, но, в общем и целом, логичные.
РИТА (вскакивает, стучит кулаком по столу). Хватит! Мы почти попались! Сидим тут как... спектакль разыгрываем. У нас полиция на хвосте! Скажи правду, Ош'Шимарра!
ИГОРЬ (поднимает голову, смотрит на неё испуганно). Какую правду? Я ничего не знаю!
ЛАРИСА. Рита, может, не надо? (Кивает на Веру.) Она добрая. Накормила. К тому же, это невежливо.
ВЕРА. Может ещё чаю?
РИТА (ходит по комнате). Нет, надо! Мы зашли слишком далеко! (Поворачивается к Игорю, говорит быстро, с напором.) Мы не туристы! Мы преступники! Нас почти вся галактика разыскивает – полиция, банкиры, несколько владельцев казино, охотники за головами и много-много разных бандитов, которым мы перешли дорогу!
ЛАРИСА. Откровенно говоря, кинули.
РИТА. Я — Зар-Т'лак, силовое прикрытие нашей банды. Она — Квикс, лучший взломщик квантовых систем во всей галактике. С Котом вы знакомы. Мы, до прибытия сюда, ограбили главный банк Галактического резерва в системе Альфа-Центавра. Взяли восемьдесят миллиардов глиттеров!
КОТ. И теперь за нами охотится все кому не лень.

Пауза. Вера застывает с чайником в руках. Игорь смотрит на Риту так, будто она только что сказала, что Земля квадратная.

ВЕРА (медленно ставит чайник на стол, садится). Игорь… ты богат? Я не знаю, что такое глиттеры. Но восемьдесят миллиардов – звучит внушительно. Даже на нашей планете.
ИГОРЬ (хватается за голову). Вера, хотя бы ты не начинай!.. Я слышал. Восемьдесят миллиардов.
РИТА. Мы ушли от погони. За нами гнался полицейский крейсер. Мы успели юркнуть в гиперпространство. Вынырнули у планеты Ксефидрон. Наш гениальный механик, Кшш'рр, придумал дурацкую схему. Мы обратились там к нелегальному доктору Сельминпуку. Он быстро нас перекинул в эти тела и покопался в нашей памяти, чтобы… Да не важно. Всё! Теперь ты знаешь правду!
ИГОРЬ. Доктор Сельминпук… Это его настоящее имя?
КОТ. Конечно. Я видел его просроченную лицензию на врачебную практику.
ИГОРЬ. Бедный человек.
КОТ. Он не человек. Он вообще не гуманоид. Он ящер.
ИГОРЬ. Зеленый такой и в пёстром галстуке? Много суетится. А в его лаборатории стоит реторта с кипящей зелёной жидкостью?
РИТА. Значит, всё-таки вспомнил?
ИГОРЬ. Сложно не вспомнить набор штампов из мультиков. Ящер, обязательно зелёный. И, конечно, в галстуке. А друга Чебурашки у него не было?
КОТ. У него вообще друзей нет.
ИГОРЬ. Если нелегальный доктор, то у него обязательно есть реторта с зелёной жидкостью. Фантазия у вас, конечно, богатая, но так тоже нельзя – штамп на штампе. Это я вам как редактор говорю.
КОТ (уронив голову на стол). Мя-а-а-у! И говорящего кота тоже сами придумали? (Поднимает голову.) Я понял, у него выход из амнезии запаздывает, потому что он использовал другой прибор Сельминпука. Мы на Землю попали из лаборатории напрямую. А он через «кротовую дыру» отогнал сюда корабль и только здесь применил ту экспериментальную модель. Когда у него теперь память восстановится, я вообще не знаю.
ВЕРА. Вы не можете быть преступниками! Это возмутительно! Вы — девочки! Одна в бальном платье, вторая – в хулиганской куртке. А кот - это кот. Зато вежливый и культурный. Ложкой умеет пользоваться.
КОТ. Эх, хозяюшка. Да я вам все бытовые приборы и сантехнику в доме смог бы починить. Но у меня лапки.
ВЕРА. К тому же у него лапки!.. Нет, вы не можете быть преступниками!
РИТА (усмехается, скрещивает руки на груди). А ты не смотри на оболочку. В этом теле я, может, и мелкая. Между прочим, я почти рекордсмен. На моем счету девятьсот девяносто восемь преступлений различной тяжести. Кражи. Грабежи. Угоны. Мошенничество… Ну, это вообще ерунда. Взломы. Убийства — одних бесхребетников штук двести. До межгалактического рекорда не хватает всего двух! Двух преступлений, командир!
ВЕРА (гладит Риту по голове). Бедная девочка.
ЛАРИСА (грустно, почти шёпотом). А я могу взломать любой банк, любую электронную защиту обойти, отключить щиты целого флота. Я тоже бедная девочка.
ВЕРА (гладит Ларису по голове). И ты бедная девочка.
ЛАРИСА. А сейчас мне хочется танцевать. (Танцует, напевая себе.)
ВЕРА. Рита, я так поняла, что ты гордишься своими преступлениями?
РИТА. Конечно. Быть лучшей, почти рекордсменкой – это почетно. Это почти доблесть.
ВЕРА (продолжая гладить Риту по голове). Ничего. Будет сложно, но мы тебя перевоспитаем. Правда, Игорь? Рита, ты ведь не всегда была такой?
РИТА (сбивается, теряет уверенность). Я… я не помню. До того, как очутилась в этом теле, я помню только взрывы, стрельбу, крики, драки… и звезды. А затем детский дом. И насмешки. И Ларису, которая танцевала, а её хотели обидеть. Она почти моя семья. А свою семью я никому не позволю обижать.
ЛАРИСА (подходит к Рите, берёт за руку). И она защитила меня.
РИТА. Так, командир, вспомни, был еще пятый.
ЛАРИСА. Лучше не надо его вспоминать.
ВЕРА. А что с ним не так? Он остался в детдоме?
РИТА. Нет, куда его перекинуло, мы не знаем. Но его действительно лучше не вспоминать. Зря я это. Предатель, трус и жуткий подставщик. Из-за него луч в плечо схлопотала.
КОТ. А ещё он вонял страшно.
ЛАРИСА. А я говорила, не надо было его брать. Откуда там полиция появилась? Испугался и решил нас сдать за вознаграждение. Это мы с Ритой докумекали.
ИГОРЬ. Вас тоже не надо было брать… Пил бы сейчас чай с печеньем.
ВЕРА. Какой кошмар… Знаете, я, наверное, ещё печенья принесу. И чайник остыл.

Вера берёт пустую вазочку со стола, а также телефон, выходит.

КОТ (запрыгивает на стол). Командир, бравый Ош'Шимарра! Пора вспоминать! Где спрятал корабль? Ты один знаешь код доступа к тайнику с награбленным. И ты один знаешь, как открыть пространственные шлюзы. Без тебя мы не сможем улететь. Вспоминай!

РИТА (взрывается). Ну, какая семья?! Женщина, у вашего мужа на другой планете жена, стерва редкостная! У них триста восемьдесят четыре детеныша! Младшая, рыженькая, у нее на третьем щупальце пятая присоска не выросла! А он сидит и делает вид, что ничего не помнит! Эта идиотка до сих пор в себя не пришла, всё танцует, танцует! Кот жрёт как не в себя! А мне до рекорда всего два преступления, два!.. И где мои деньги! Я хочу свои деньги! Я их честно своровала. Отдайте мои денежки.

Стук в дверь.
 
ВЕРА (делает вид, что удивлена). Ой, кто это может быть? Я никого не ждала.
РИТА. Это они. Звёздная полиция. Чувствую. Я всегда чувствую. Если кто-то взболтнет лишнего… (Показывает кулак Игорю, Вере и Коту). Ну, вы поняли.
ВЕРА (тихо, только Игорю). Я вызвала участкового. Пусть разбирается. (Вера идёт к двери.)

СЦЕНА 6

Там же. Входит ИНСПЕКТОР галактической полиции. За ней — Вера.

ВЕРА. Вы из отдела по делам несовершеннолетних? Я нашему участковому звонила.
ИНСПЕКТОР (достаёт светящийся жетон). Инспектор Галактической полиции. Специальный отдел по надзору за заповедниками. (Инспектор оглядывает собравшихся, указывая пальцем по очереди.) Кот — инопланетянин Кшш'рр, механик пиратского корабля. Девочка в драных джинсах — пиратка-рецидивистка Зар-Т'лак, самая разыскиваемая преступница сектора Бета. Девочка в бальном платье — Квикс, взломщик квантовых систем высочайшего класса защиты. Вы все арестованы по подозрению в ограблении главного банка Галактического резерва в системе Альфа-Центавра и ещё целый список. А также в нарушении границ заповедника «Планета Земля».
ИГОРЬ. Дамочка, какие пираты? Дети устроили розыгрыш. Видимо, решили подработать. Но вы-то, вы же взрослая женщина. И туда же. Нехорошо. Это главред решил мне такое представление устроить? Вы из какого театра?
ИНСПЕКТОР. Не может быть! Бравый капитан Ош'Шимарра собственной персоной. Был ещё пятый, наш информатор, но того в муху перекинуло. Хотел сбежать на ракете с Байконура. Но забыл, что никакие земные ракеты не могут пройти нашу защитную систему.
ЛАРИСА. Так уж и никакие?
ИНСПЕКТОР. Никакие. Итог – сгорел в дюзе при старте. Даже в кабину не попал.
КОТ. Ох ты, Галактика ему пухом… (спохватывается.) Мяу! (Рита показывает Коту кулак.)
ВЕРА. Простите, не знаю, как вас зовут, но вы ошибаетесь. Это мой муж - Сидоров Игорь Иванович, редактор. Я уже пятнадцать лет за ним замужем.
ИНСПЕКТОР. И вы, конечно же не слышали, что этот кот сейчас говорил?
ВЕРА. Он лишь мяукнул.
ИНСПЕКТОР. Женщина, вы воду в скважине давно на примеси проверяли?
ИГОРЬ. Кот всего лишь мяукал, я слышал, уж поверьте филологу.
ИНСПЕКТОР. Филолог? Это что-то новое в твоём послужном списке, Ош'Шимарра. А мы сейчас филологу очную ставку устроим. С его законной супругой.

В этот момент дверь без стука открывается, входит УЧАСТКОВЫЙ — мужчина в форме и с папкой в руках.

УЧАСТКОВЫЙ. Так, граждане, что тут за шум? Жалоба поступила на подозрительных лиц.
ВЕРА (торопливо). Это я звонила. Две девочки представились космическими пиратами. А она — галактическим инспектором. Обвиняют моего мужа в том, что он тоже пират.
КОТ. Что вы вообще к нему прицепились? Мяу! (Пауза. Все смотрят на кота.) Мяу.
УЧАСТКОВЫЙ. Вы тоже это слышали?.. Кот разговаривал.
ВЕРА. Он мяукнул.
УЧАСТКОВЫЙ. Человеческим голосом?
ВЕРА. У каждого свой тембр.
УЧАСТКОВЫЙ. А, понял, квадробер! Слышь, квадробер, мода-то уже прошла… У ваших соседей через дом тоже такой был, только собака. Но его быстро отпустило. (Берёт со стола стакан.) Можно водички?
ВЕРА: Конечно. (Наливает воду из кувшина.)

Участковый пьёт, затем подозрительно косится на стакан.

УЧАСТКОВЫЙ. А вода точно нормальная?
ВЕРА. Фильтрованная.
УЧАСТКОВЫЙ. Вы сами её пьёте?
ВЕРА. Да.
УЧАСТКОВЫЙ. И давно?
ИГОРЬ. Всю жизнь.
УЧАСТКОВЫЙ. Понятно. (Пауза). Значит, галлюцинация коллективная. (Ставит стакан на стол, смотрит на инспектора.) Теперь с вами.
ИНСПЕКТОР. Со мной всё просто. (Предъявляет жетон.) Вы покинете помещение. Это моя юрисдикция. Галактическое право выше земного.
УЧАСТКОВЫЙ. Гражданочка, вы в дачном посёлке Ромашково. Тут свои законы. Ваши жетоны — просто железки. Предъявите документы.
ИНСПЕКТОР. Вы хотите воспрепятствовать аресту межгалактических преступников?
УЧАСТКОВЫЙ (делает шаг к ней, кладёт руку на плечо). Так, гражданка, пройдёмте. Не усугубляйте.

Инспектор резко перехватывает его руку и сжимает запястье. Участковый вскрикивает и падает на колени.

ИНСПЕКТОР. Я могу сломать вам руку. Но не буду. Пока.
РИТА. А может обоих разом? Как раз до рекорда двух не хватает.
УЧАСТКОВЫЙ. Так. Я всё понял. Но давайте без жертв. Что вы хотите?
ИНСПЕКТОР. Провести видеосвязь с законной супругой подозреваемого. После этого я уйду.
УЧАСТКОВЫЙ. Ладно. Только быстро. (Инспектор отпускает участкового. Участковый встаёт, потирая запястье.) Какая вы сильная и резкая однако. Определенно вы мне нравитесь, коллега.

Инспектор достаёт телефон, набирает номер. Раздаётся бульканье. Включает громкую связь и наставляет телефон на Игоря.

ИНСПЕКТОР. Вызовем госпожу Суош'Шимарру… Разговор пойдёт на осьминожьем, но я переведу. (Бульканье. Инспектор слушает.) Как это не ваш муж? Приглядитесь внимательно. Вы уверены?.. Говорит, что это не её муж... Её был синим. Он должен ей алименты за сорок лет… Послушайте, не надо скандалить. Мы не хотели отвлекать вас от присмотра за детьми… Какой ещё штраф? Прекратите истерику! Не надо скандалить!
УЧАСТКОВЫЙ (шёпотом). Извинитесь и пошлите её на мелкие заводи.

Из телефона доносится яростное, свирепое бульканье, почти рёв.

ИНСПЕКТОР. Она всё слышала и будет писать жалобу.
УЧАСТКОВЫЙ. Скажите ей, что мы юристы!

Из телефона - оглушительный визг.

ИНСПЕКТОР. Говорит, что тоже юрист!
УЧАСТКОВЫЙ. Выключай! Выключай!

Инспектор сбрасывает вызов. Она и участковый смотрят друг на друга.
 
ИНСПЕКТОР. Благодарю, коллега. Что-то я растерялась. Не выношу грубости.
УЧАСТКОВЫЙ. Рад был помочь, коллега… А что вы делаете сегодня вечером?
ИНСПЕКТОР. Ош'Шимара, не обольщайся. Все равно мы тебя раскусим рано или поздно. Остальные арестованы и пройдут со мной.
УЧАСТКОВЫЙ. Момент, коллега, мы так не договаривались. У нас не положено арестовывать детей… и котов. (Инспектор делает шаг к участковому, но тот уже достал пистолет.) Э, нет, второй раз этот приём не прокатит.
ВЕРА. Простите, это я виновата. Девочки немного пофантазировали, а я как истеричка запаниковала. Мы с ними сами поговорим. Мне кажется, я их пятиюродная тётя. И я не отпущу их с незнакомкой без земных документов.
ИНСПЕКТОР. Вот за это я и не люблю эту планету. Куда ни плюнь, все друг другу родственники… пятиюродные.

Инспектор уходит, хлопнув дверью.

УЧАСТКОВЫЙ. Какая женщина… Я тоже побежал.
ВЕРА. Вы их не заберёте?
УЧАСТКОВЫЙ. Не положено, опасности нет. Тем более, вы сказали, что это ваше семейное дело.
ИГОРЬ. Меня заберите! Я больше в этом дурдоме не выдержу.
УЧАСТКОВЫЙ. Не положено. А воду всё-таки проверьте. Если что — вот телефон срочной психиатрической помощи. (Участковый кладёт визитку на стол, идёт к двери.) А можно вашей уборной воспользоваться? Она у вас где? Во дворе?
ИГОРЬ. Во дворе. За сараем.
УЧАСТКОВЫЙ. Хотя какая уборная! Такая женщина уходит! К тому же коллега. Потерплю.

Участковый уходит.

КОТ (мечтательно). А я бы мог сделать вам нормальную канализацию. С унитазом, с бачком, с тёплым полом. Я же механик. Я такие системы на «Звёздном страннике» собирал — там, между прочим, санузел был лучше, чем весь ваш дом. (Поднимает лапы, показывает.) Но у меня лапки. Мяу.
ИГОРЬ. Знаешь, кот, если ещё раз скажешь, что мог бы переделать мой дом, я тебя, честное слово, сам лично вынесу за сарай.
КОТ. Не вынесешь. Тебе Вера не позволит. Она меня уже любит.
ВЕРА. А стиральная машина на корабле была?
КОТ. Зачем?
ВЕРА. Значит, так себе корабль.

ВЕРА (подходит к мужу, кладёт руку на плечо). Игорь, я с тобой. Что бы ни случилось.

Игорь вглядывается в страницу.

ИГОРЬ. Странно… Некоторые буквы будто выделены. Я не делал этого. Или делал? (Читает.) «О»… «П»… «Р»… «Р»… «Т»… «Ы»… «К»… О-П-Р-Р-Т-Ы-К. Что за чушь?
КОТ. Мяу! Это не чушь! Это значит «Ко мне!» на твоём втором родном языке. На первом ты бы просто булькал, а на этом… На этом ты отдавал команды.
ИГОРЬ (смотрит на Кота). На каком «втором родном»? Я всю жизнь говорю по-русски.
КОТ. О, ты ещё не знаешь всех своих возможностей. Произнеси ещё раз.

Пауза. Игорь смотрит на Веру. Та кивает.

ИГОРЬ (тихо, почти шёпотом). Опрртык.

Пауза. Ничего не происходит.

РИТА. Ну и?..

С книжной полки раздаётся тонкий, но отчётливый писк. Все вздрагивают. Игрушечная машинка мигает фарами.

ЛАРИСА (подбегает к полке, берёт машинку). Вот это конспиратор! Гениально замаскировал маяк!
ВЕРА. Это ваш корабль? Такой маленький? И совсем не похож на яйцо.
КОТ. Это не корабль. Это маяк. А корабль… (принюхивается.) Он во дворе. Под картошкой! Я так думаю.

Без стука в комнате появляется Участковый.

УЧАСТКОВЫЙ. Моя коллега не появлялась? Не могу найти.
ИГОРЬ. Нет, не было.
ВЕРА. Может улетела?
УЧАСТКОВЫЙ. И не попрощалась… Нет, такую женщину нельзя упустить! Ничего, и не таких разыскивали. Счастливо оставаться!

Участковый быстро уходит.

КОТ. Едва не попались.
ЛАРИСА. Влюбился.
РИТА. Ни за что не найдет!
ВЕРА (глядя в окно). Убежал!
ИГОРЬ. Так! Быстро в огород! Найдем, скажу вашему корыту всё, что хотите! Только улетайте!

Игорь выбегает, девочки и Кот – за ним.

ВЕРА (подходит к столу). А как же ужин?

СЦЕНА 9

Дверь распахивается — входит Игорь, усталый, вытирает пот со лба, захлопывает за собой дверь.

ИГОРЬ (выдыхает). Улетели… Картошку завтра придётся собрать, всю выкопали.
ВЕРА. Ты правда вспомнил, да? И эта книга, и корабль…
ИГОРЬ. Да брось ты, Вера! Жена-осьминог меня в упор не узнала — значит, точно не я. Может, этот Ош'Шимарра и был в этом теле, знаки оставил в книге, а затем убежал.
ВЕРА. Было бы здорово, если бы это были наши дети. В доме сразу стало бы намного веселее.

Игорь хочет что-то сказать, но не успевает — дверь с грохотом распахивается. На веранду вваливаются Рита, Лариса и Кот.

ИГОРЬ. Опять?! Я никуда не полечу!
КОТ (усаживается на табурет). На орбите сработала полицейская защита. Вспышка! И привет! Эти двое вырубились… Очнулись обычными девочками. Кажется… Ничего не помнят! И куда я этих землянок повезу? Ты человек, ты и думай. Одному мне там делать нечего. А мне и здесь забот хвати на все мои девять жизней - человечество может деградировать без кошачьего надзора.
ВЕРА (достаёт две чистые тарелки). Так. Разберемся. Все за стол. (Девочки переглядываются. Вера ставит тарелки на стол, кладёт пирожки.) Ешьте. И где вы теперь будете жить? (Девочки снова переглядываются, затем смотрят на Игоря.)
ИГОРЬ. Здесь.

Вера улыбается. Девочки садятся за стол. Кот снова получает сметану.

ЛАРИСА. Вы насчет нас не переживайте. Всё, что нужно, я уже взломала и внесла пару изменений в земные циркуляры. Документы чистые. Почти официальные. Никто не подкопается.
КОТ. Кстати, и за деньги не переживай, командир. Я тут одного знакомого барыгу встретил, пока девчонок искал. Сказал, что готов обналичить всю сумму, но постепенно, отдельными траншами. Процент суровый запросил, но зато всё легально… Ну, почти.
РИТА (уплетая пирожок). Пап, и насчёт книги не переживай. Мне всего два эпизода до звания «Легенды» осталось.
ВЕРА. Какой ещё легенды?
РИТА. Межгалактической. Где склад издательства находится?
ИГОРЬ. Нет!
РИТА. Я даже без оружия.
ИГОРЬ. Тем более нет!
РИТА. Я теперь добрая!
ИГОРЬ. Особенно нет!
КОТ. Мяу.
ИГОРЬ. Вот. Даже Кот со мной согласен.
КОТ. Мяу?
ИГОРЬ. Не начинай!
КОТ. Я вообще молчу! Я сметаны просил!
ИГОРЬ. Лопнешь!
ЛАРИСА. Мама, а есть ещё пирожки? А то Рита все слопала!
РИТА. В большой семье, как говорится, клювом не щёлкают!
ВЕРА (улыбаясь). Ох, пираты вы мои, пираты.

Вера приносит сметану и новую тарелку с пирожками. Садится за стол рядом с девочками, наливает всем чай. Игорь смотрит на них, вздыхает и тоже улыбается.

Занавес.

Москва, сентябрь 2026 года